«Эти детеныши не мои…»

«…прокричало что-то дикое, животное внутри. Не мои и все» – такие страшные эмоции испытала наша читательница Надежда Личман, когда впервые увидела приемных дочерей, о которых так долго мечтала. Как ей удалось справиться с пугающими переживаниями и почувствовать «своими» неродных детей, она рассказала в эссе для конкурса Psychologies #Япобедил.

Желание взять ребенка из детского дома было всегда, это был лишь вопрос времени. Причем муж сам несколько раз заводил этот разговор. В тот год мы все окончательно решили: или сейчас, или потом будет поздно. Мы очень хотели ребенка, чтобы он стал по-настоящему нашим, родным. Октябрь, 1995 год. Наша свадьба. Позднее, рождение детей – у нас трое сыновей. Строим дом и мечтаем о дочке. Старшему сыну 18 лет, он уезжает учиться в другую страну. А мы едем за дочкой.

Позади сбор документов, всевозможных справок и медицинских комиссий, месяц посещений школы приемных родителей. В отделе усыновления и опеки были очень удивлены нашей скорости. Направляют в областной центр усыновления. В центре усыновления нам рассказывают о двух замечательных девочках – сестричках 3 лет и 1 г 8 мес. И если мы решим брать, то только двоих. Предлагают съездить «посмотреть». Слово-то какое – «посмотреть»…

Едем смотреть. У мужа глаза горят, его ничто не пугает. Я же в растерянности: их двое. В голове какой-то сумбур, какие-то вопросы и ни одного ответа. Подъезжаем к детскому дому, сердце бьется громко, где-то в горле ком. «Нет, только не плакать!» – мысленно запрещаю себе. Ожидание… сейчас, сейчас я их увижу, и все будет хорошо. С первого взгляда. Нет, не екнуло, не встрепенулось… Нет…

Перед тем как ехать в детский дом, я читала много историй об усыновлении, когда будущие родители сердцем чувствовали своего ребенка при первой встрече, угадывали его сразу из всех детей! Я думала, что и со мной будет примерно так же. Но вот не так! Что со мной?

Вышли два чужих ребенка, похожих друг на друга, испуганных, готовых вот-вот разрыдаться. Но плачу я, почему – не знаю. Беру на руки, обнимаю. Этот странный запах… Нет, не осязаемый, запах на генном уровне, если можно так сказать, запах не моих детей!

Вторая – внутри, превратилась во что-то дикое, в самку животного, которая по запаху определит из тысячи своего «детеныша». Эти детеныши не мои…

Во мне боролись две личности: одна – снаружи, она испытывает жалость от вида этих несчастных детей с этими несуразными бантами и в платьях не по размеру. Вторая – внутри, превратилась во что-то дикое, в самку животного, которая по запаху определит из тысячи своего «детеныша». Эти детеныши не мои… они чужие… Я не чувствую их… Скорее, их запах вызывал во мне протест и отвержение.

Нам дали три дня, чтобы решить. Когда вышла из детского дома, я была выжата, опустошена и раздавлена. Никогда не испытывала ничего подобного. Сидя в машине, понемногу прихожу в себя, поднимаю глаза на мужа и задаю немой вопрос. Он не отвечает. Молча берет телефон, набирает номер и говорит: «Мы нашли своих девочек, готовьте документы». В этих словах мужа я уловила смысл, понятный только мне одной: «Мы справимся».

Я верю в то, что все в жизни происходит не просто так, все встречи не случайны, и если так сложилось, что я встретила двух малышек, значит, я буду им заботливой и любящей мамой. Ведь я взрослый человек и отдаю себе отчет в том, что я делаю.

Я заставляла себя их полюбить, нет, не полюбить, пока только принять. Я все время говорила им: «Я вас люблю», но скорее для себя, чем для них

Месяц детский дом готовил документы, и этот месяц мы с мужем навещали девочек. Привозили сладости, игрушки, книги. Они нас ждали и очень радостно встречали, заглядывали в сумки, подпрыгивали и хлопали в ладоши. Тогда я подарила им их первых кукол. Старшая с восторгом играла со своей куклой, качала, пела песни и баюкала. А вот младшая совершенно не хотела играть, она ее кидала и швыряла во все стороны.

Было интересно за ними наблюдать, при внешнем сходстве характер у них совершенно разный. Мы с мужем ждали встречи с девочками и всегда с неохотой с ними расставались.

Когда мы забрали девочек, началась работа, над собой внутри себя. Всем сердцем я пыталась быть любящей и внимательной к девочкам. Заставляла себя их полюбить, нет, не полюбить, пока только принять. Я все время говорила им: «Я вас люблю», но скорее для себя, чем для них. И где-то через полгода в ответ на мое «Я тебя люблю» услыхала детское, несмело – «Я тебя сильно-сильно люблю». Теперь эта фраза звучит раз 20 за день.

Читай продолжение на следующей странице

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: